header_logo

Содержание / 2006 / Оружие и охота №2


Коллективная охота на кабана. Закрытие охотничьего сезона 2005 года.



Коллективная охота на кабана. Закрытие охотничьего сезона 2005 года.

Алексей Булатов.Фото автора.

Кому из нас не приходилось видеть раньше в 60-80 годы на вокзалах, железнодорожных станциях группы охотников, едущих или возвращающихся с охоты. Коллективные охоты способствовали сплочению охотников в единый, дружный, дисциплинированный коллектив. Мы приучались к организованным совместным действиям, к взаимной выручке в минуту опасности.

Именно на таких охотах всевозможные естественные препятствия способствуют физической закалке охотников. Кроме того, участники охот получают дополнительную информацию о жизни диких животных и их повадках, совершенствуют навыки стрельбы по движущимся целям. Результат коллективной охоты в значительной мере зависит от умелых, четких детально продуманных действий каждого.

В настоящее время охотники чаще всего выезжают на "джипах", а не на электричках. Но не всегда наличие продвинутого автотранспорта гарантирует успешную охоту. Все зависит от организатора процесса: имеет ли он желание устроить интересную охоту или простую прогулку, чтобы убить ноги.

Такая прогулка получилась и у нас во время первого выезда. Наш коллектив (в основном – опытные охотники) выехал в Розважевское охотничье хозяйство Украинского общества охотников и рыболовов. Мы купили лицензию на отстрел кабана, но когда прибыли на место, егеря, во главе с Сивогорлым А.И. обязали нас купить еще и отстрелочные карточки на зайца. Но зачем они нам? Мы ведь будем охотиться на кабана! И тем не менее пришлось выложить за "отстрелки" круглую сумму: по 15 гривен с каждого, а нас, охотников, двадцать человек. Причем карточки отстрелочные нам не выдали, сказали, что просто запишут всех нас в журнал. Кроме того, предупредили: загонщики идут без ружей!

После этого водили нас по двум квадратом, но зверем там, как говорится, и не пахло. Наконец ходить без толку надоело не только охотникам, но и егерям, и тогда главный организатор – заведующий охотничьим хозяйством – Сивогорлый А.И. уселся в свою машину и отбыл в неизвестном направлении. Нам же не оставалось ничего другого, как возвращаться из весьма продуктивного охотничьего хозяйства не солоно хлебавши.

Зато следующая наша поездка в Макаровское охотничье хозяйство ОВОР оказалась более удачной. В прошедшем 2005 году в тех угодьях осталось немало полей с неубранной кукурузой, так что корма для копытных, зайцев и куропаток хватало. Много развелось там и кабанов.

В Украинском Полесье эти животные достигают довольно внушительных размеров (высота в холке более 1,5 м, масса более 300 кг). Наиболее подходящие места пребывания – заболоченные угодья с развитой околоводной растительностью – тростником, рогозом, камышом озерным, – а также овраги, заросшие кустарником и бурьянами. Свое логово – гайно – в зимнее время кабаны устилают сухой травой, опавшими листьями. На суходоле иногда они копают для себя ямы, в которых иногда отлеживаются целыми днями. Часто ложатся и в разрытых муравейниках. Кабаны чрезвычайно осторожные, чуткие животные и, как правило, не агрессивные: первыми на человека не нападают, за исключением раненых особей или свиньи с выводком.

Но вернемся к нашей поездке. Нам было известно, что в макаровских угодьях и егеря добросовестные, и обслуживание на должном уровне, не то что в нашем, "родном" хозяйстве. Поэтому мы и поручили представителю нашего коллектива Василию Васильевичу созвониться с руководством охотничьего хозяйства и уточнить дату предстоящей охоты. И вот, наконец, переговоры завершены, и мы едем, правда, уже не столь большим коллективом, поскольку многие из наших "коллег" не захотели выбрасывать деньги на ветер. В машине не умолкают разговоры: "Как нас примут, будет ли зверь, какую погоду обещает метеослужба". Выясняется, что может выпадет снег – это здорово! И еще – охотиться будем с лайками, которые отлично держат зверя, но следует быть особенно внимательными, чтобы не попасть в собаку.

На место прибыли, когда еще только начинало светать, но егеря и охотовед уже нас ожидали. Сразу же оформили лицензию, покончили со всеми формальностями.

– А на зайца "отстрелки" выписывать не будете? – спрашиваем.

– А зачем, – отвечает охотовед, – вы ведь приехали на кабана.

– Да, конечно!

– Тогда причем здесь заяц?

– Ясно, проехали!

Охотовед, переговорив с егерями, решает, пока погода не испортилась, начинать охоту с болотистой низины. Именно там накануне видели следы крупного секача. Усадив лаек в машину, мы занимаем свои места и медленно продвигаемся по запорошенной снегом лесной дороге. Когда подъехали к болоту, стало уже совсем светло, и мы сразу поняли, что попали в "край непуганных зверей" – густой кустарник и заросли сухого камыша, а на низменном берегу практически непроходимый участок леса. Да, здесь он должен лежать!

Стрелки замерли на номерах. Василий, вооруженный карабином, стоял в кустарнике напротив звериной тропы. Егерь с лайками зашел с противоположной стороны болота и спустил собак. Увлекаемые вожаком (тем самым, который, как нам говорили, один мог держать секача) лайки устремились в камышовые заросли. Егерь не спеша двинулся по самой кромке болота.

Охотники на номерах с нетерпением ждали, когда же, наконец, собаки стронут зверя. И вот тишина зимнего леса взорвалась собачьим лаем. Очевидно, где-то в середине болота, лайки окружили секача, и тот, издавая время от времени рявканье, похожее на рев разъяренного медведя, медленно пошел в нашу сторону. Теперь уже нервы у стрелков на пределе – какой он, секач, на кого выйдет!

Холка огромного кабана появилась над камышами, зверь шел прямо на Василия. Тот, вскинув карабин, вел зверя, выжидая, когда кабан выберется из зарослей, чтобы стрелять наверняка. Кроме того, приходилось еще и следить за собаками, которые могли случайно подвернуться под выстрел. Между тем огромный кабан постепенно выдвигался из камышей. Казалось, на злобный лай и хватки собак он не обращал внимание. Вот он уже показался весь. Да это просто гора мышц! Василий, наконец, стреляет, и нам всем кажется, что поверженный зверь уже больше не поднимется.

Собаки бросаются к нему. Но кабан неожиданно вскакивает и мощными ударами разбрасывает лаек в разные стороны. Второй раз Василий выстрелить не мог – ему не было видно, где собаки. Егерь же, стоявший на стволе склонившегося над оврагом дерева, ударил дуплетом. С его позиции хорошо были видны и собаки, и огромный кабан. Но… досадный промах!

Раненный зверь развернулся в сторону стрелявшего, намереваясь атаковать. Приблизившись к дереву, секач приподнялся на задних ногах, а передними копытами уперся в ствол дерева, с которого стрелял егерь. Наверное, это зрелище было достойно крутого боевика: клацая челюстью, секач пытался ухватить клыками стрелка. Тот держался за толстую ветку, и лицо его было белое, как мелованная бумага. Хорошо еще, что подоспели собаки, и кабану пришлось от них отбиваться.

Василий, перезарядив карабин, прицелился, и на этот раз кабану, сбросившему с себя лаек, увернуться от точного выстрела не удалось. Собаки набросились на поверженную тушу, с ружьями наготове подошли охотники. Убедившись, что зверь "дошел", мы обвязали трофей веревками и под "эй, ухнем" вшестером потащили его из болота к машине.

Конечно же, мы захотели взвесить добычу. Поехали на ферму, где были весы. Стали собираться местные жители, рассматривали огромного зверя. И не удивительно – трофей весил 318 килограмм. Охотовед сказал, что таких секачей в хозяйстве еще не отстреливали.

Потом мы зашивали раны, нанесенные лайкам кабаньими клыками. А вечером приготовили свежину, но мясо оказалось неудачным, со спецефическим запахом. Стали делиться впечатлениями – кто, что чувствовал, как себя вел. Пришли к единому мнению: если бы не собаки, егерю, спасавшемуся на дерево, пришлось бы плохо.

Когда стемнело, начался снегопад. Настроение улучшилось, а гостеприимные хозяева предложили продолжить охоту утром. Мы согласились.

Выехали около восьми утра. Снег прекратился. Охотовед предложил проверить мелколесье: там недавно видели сеголетков и четверых взрослых кабанов. И действительно, отпечатки копыт на свежевыпавшем снегу подтвердили, что зверь есть.

Охотники, стараясь не шуметь, заняли свои позиции, а егерь с двумя лайками (две собаки остались дома "на больничном") обошел мелколесье и отпустил четвероногих помощников. Лайки исчезли в чаще, и буквально через пять минут послышался их азартный лай. Собаки гнали кабанье стадо прямо на стрелков. Один из кабанов показался на вершине холма и начал не спеша спускаться по заросшему мелколесьем склону. Его было хорошо видно, но мешали деревья. Мелькали то рыло, то задние ноги и выстрелить наверняка не представлялось возможным. Но вот зверь остановился, стал осматриваться. Быть может он выбирал подходящие место, чтобы пересечь просеку. И в этот момент, кто-то из охотников, стоявших возле машины, случайно задел ружейным стволом кузов автомобиля. Испуганный кабан резко повернулся и помчался к просеке. Василий, оказался ближе всех к зверю. Грохнул карабин, и кабан, скатившись по крутому склону, замер у подножья холма.

На этот раз трофеем оказалась свинья. Мы поздравили Василия с удачным выстрелом. Вес добычи, как и накануне, определили на ферме – 138 килограмм.

Вот такая удачная получилась последняя в 2005 году охота на копытных. Причина – высокий профессионализм и добросовестное отношение к своему делу работников охотничьего хозяйства. А тем руководителям хозяйств, которые организовывают охоту по принципу, что хочу то и ворочу, и используют свое служебное положение в личных целях, следовало бы помнить: существенной доходной частью бюджета хозяйства являются средства, полученные от продажи лицензий и отчисления от охотничьих взносов. И если охотники перестанут посещать хозяйство, то не будет пополняться фонд заработной платы, не за что будет приобретать горючее, проводить биотехнические мероприятия. В результате – зверь уйдет, а хозяйство, в конечном итоге, обанкротиться.