header_logo

Содержание / 2008 / Оружие и охота №8


Три открытия



Три открытия

Открытие третье

Суббота

Едва только показались вдалеке камыши, а едущие в машине охотники уже до рези в глазах всматривались вперед. Иные, открыв окна, высовывались наружу и, глотая дорожную пыль, старались рассмотреть много ли дичи на воде. Однако, когда охотники добрались до воды, их ждало разочарование: на водной глади мерно покачивалась одинокая чайка. Увидев охотников, чайка встрепенулась и улетела.

По берегам водоема тут и там поднимались дымки от костров, обозначая стоянки других охотничьих бригад. Вновь прибывшие заняли свое место под солнцем, разложили костер и даже поставили вариться традиционную уху, но было как-то невесело. И даже когда уха сварилась и было выпито достаточно водки (хотя все знают, что водки никогда не бывает достаточно) все равно было невесело. И все потому, что к восемнадцати часам над водоемом так и не пролетело ни то, что ни одной утки, а вообще никого. Но ведь не зря на берег водоема приперлось столько охотников! Ко времени "икс" все они расположились у кромки воды, стараясь притвориться кустиками, кочками или, на худой конец, рыбаками. Был среди охотников и я. Я тоже занял удобное местечко и стал ждать. Время шло, гудели назойливо комары, а дичи все не было. Наконец, почти на средину пруда выплыла не весть как оказавшаяся тут лысуха. Примерно с десятого выстрела я ее "положил". А доставать пришлось вплавь. Кроме меня в тот вечер выстрелил еще какой-то дурак на другом берегу по летящим лебедям. За что был вознагражден отборным матом и, кажется, еще крепкой плюхой. А может, это просто вода плеснула?

Как бы там ни было, а пришлось нам возвращаться к костру еще засветло. И тут снова отличился Иван Иваныч. Ну, тот самый, что в прошлом году учинил дебош по поводу пропавших патронов и дичи. Так вот в этом году Иван Иваныч потерял не патроны и, уж тем более не дичь, а ключи от собственной машины. И, конечно же, как и в прошлый раз, наш герой уже успел изрядно "принять на грудь". Его "Волгу" открыли быстро – сотрудник отца привез нас на своей машине, тоже "Волге". А вот ключи искали долго. В процессе поиска Иван Иваныч крыл матом всех и каждого в отдельности и был совсем на грани "отоваривания" по лицу, так как неосмотрительно отозвался в нехороших выражениях о работниках милиции. А так как мой отец и его друг-сотрудник Валерий были именно из общества "Динамо", то ситуация накалилась чрезвычайно! От неминуемой расправы нашего героя спасли отец и сын "доценты". То есть Валерий Александрович и Андрей Шайканы. Они предложили нам переехать с ними в какое-то другое село, где жил их хороший знакомый то ли фермер, то ли председатель совхоза, точно не помню. А что нам собираться? Да только подпоясаться! Попрощавшись с честной кампанией, мы взяли в свой экипаж еще одного охотника и последовали в ночь (к тому времени уже стемнело) за машиной "доцентов".

За окнами "Волги" клубилась пыль, ревел мотор и надрывалась магнитола. Плюс ко всему три здоровых мужика драли глотки не то, подпевая, не то, перекрикивая музыку. А я в это время, приняв максимально комфортное положение, спал здоровым сном, просыпаясь лишь тогда, когда машина подпрыгивала на очередном ухабе и я ударялся головой о дверцу.

Долго ли коротко ли, а выехали мы, наконец, на трассу и благополучно добрались до дома председателя. Потолковав с ним немного, Шайканы велели нам ехать за ними. И вот совсем уж глухой ночью, когда спят даже сверчки, добралась наша компания на новое место. Кроме длиннющего деревянного грубо сколоченного стола удалось разглядеть только тлеющий костер, над которым был подвешен чан литров на пятьдесят. В чане оказалась похлебка с двумя утками, сваренными целиком, но без перьев. А на столе стояли три запотевших трехлитровки с водкой.

Воскресенье

Мне впрочем, до этого не было никакого дела, так как я уснул лишь только забравшись в спальник.

Утро на открытии иногда приносит не только похмелье, но и сюрпризы. В числе сюрпризов был небольшой пруд, оказавшийся в двадцати метрах от нашей новой стоянки и большая стая уток, кружившая над ним с явным намерением сесть на воду. Схватив ружья, мы ринулись занимать удобные для стрельбы позиции. При этом все старались действовать как можно незаметнее и добирались до воды короткими перебежками, а то и вовсе ползком. И вот когда уток от воды отделяло всего каких ни будь пара метров, десяток наших ружей хищно потянулся стволами к целям, и пальцы легли на спусковые крючки… с противоположного берега раздался одинокий выстрел – это сдали нервы у одного молодого охотника их местных! И ведь даже не попал! Утки мгновенно взмыли вверх и унеслись прочь. Стоит ли передавать всю бурю эмоций, пронесшуюся тогда над прудом, все многообразие и величие русского языка? Да и возможно ли это? Ругайся, не ругайся, а утку не вернешь! И что оставалось делать? Правильно: подождать немного, покормить комаров, а потом "добить" все, что осталось со вчера и поехать домой. На этом можно было бы и закончить мой рассказ о трех открытиях в селе с труднопроизносимым названием, если бы не еще одно приключение в то воскресенье.

Так уж получилось, что в процессе прощания наши экипажи переформировались, и мы с отцом оказались в одной машине с Шайканами. А "доценты" решили проверить по дороге еще одно маленькое, совсем крошечное болотце. И не зря. Болотце то находилось на старом выпасе. Имело оно овальную форму и было длиной всего метров десять, а в поперечнике и того меньше. Глубина была большая: местами вода доходила… до щиколотки. В общем, не болото, а так, лужа, окруженная с трех сторон камышом. И вот на этой луже сидело десятка два жирнющих, отборнейших крякв! Сидели они и нагло крякали!

Я неаккуратно хлопнул дверцей машины и все это птичье воинство с шумом – гамом взвилось под облака. Досадно, но, как оказалось, не смертельно. Решено было подождать несколько часов, так как Валерий Александрович убеждал нас, что утки обязательно вернуться. Ну, спешить нам некуда, вот и стали ждать. Устроили мы себе в камышах "засидки", а точнее лежки. Нарубили ножами камышей, сплели их так, чтобы вроде матов получилось и расположились на примерно равном друг от друга расстоянии. Сектора обстрела у каждого получились совсем крохотные, но такие сложности никого не испугали. И вообще, по сравнению с комарами, любые неудобства казались сущим пустяком. А комаров было много. Очень много. Просто неисчислимо! Эти твари пытались облепить открытые участки кожи сплошным ковром, но благодаря реппеленту все же не садились. Как вспомню – так вздрогну! Я столько комаров не видел до той поры никогда. Но, как уже было сказано, реппелент нас защищал, а солнышко и духота постепенно сморили всех нас, и мы уснули.

Не знаю, сколько я проспал, а проснулся от громкого хлопанья крыльев. В вырубленный просвет я увидел перед собой несколько уток и жахнул не целясь. Секундой позже, слева от меня выстрелил Андрей, наши отцы молчали, а мы даже не успели перезарядиться, как утки снова улетели. Проснувшись от нашей стрельбы, предки вышли посмотреть на результат и, ничего не увидели. То есть они увидели воду, плавающие по ней пыжи и снующих в небе стрижей. А вот убитых уток не было. Мы с Андрюхой добросовестно промазали!

Впрочем, "пустыми" мы все же не уехали: Андрей настрелял на той луже несколько куликов, а я подбил пару горлиц возле села.

Вот такими были три самых первых моих открытия "по перу".