header_logo

Содержание / 2008 / Оружие и охота №8


Ну, заяц, погоди!..



Ну, заяц, погоди!..

— Привет. На зайца поедешь? Я отстрелочные в лесхозе сегодня брать буду.

Голос знакомый, слегка басовитый, тщетно копаюсь в памяти, что-то лепечу в ответ, стараюсь выиграть время.

— Не узнаешь? Володя я, Кузьмин, в прошлом году зайчатили.

Боже, как я мог? Вот неудобно, ведь мой рассказ про его подсадную Катю в "Охоте" напечатали.

— Компания небольшая, надежная. В четыре утра заедем за тобой, не проспи.

Долго ворочался в постели, не спалось, вспоминались прошлогодние охоты. Все-таки здорово устроена человеческая память: забываешь что-то, можешь годами не вспоминать, потом какой-то намек, и всплывает все четко, с подробностями, как в кинематографе.

Заехали за мной, как и обещали. Загрузился в УАЗик — кроме Артема, 13- летнего внука Володи, незнакомые лица. Ребята купили за небольшие деньги подержанную машину, привели в порядок, кое-что модернизировали, и получился комфортабельный охотничий автомобиль.

Ехать недалеко, всего полста верст, добрались быстро, дольше искали новониколаевского егеря.

Яркое морозное утро, только рассвело, а мы уже на исходной позиции.

Буквально через минут пять я взял крупного зайца. Не повезло, придется тащить его весь заход, ведь с дистанции не сойдешь. Прошли два поля впустую: зайцы отогревались в лежках и вскакивали, только когда наступали на них или убегали, пропустив мимо себя охотника.

Рядом с Володей на всех заходах Артем — выносливый парень, добрый будет охотник. На одном из заходов по глубокой пахоте я увидел, как Артем дергает деда за рукав и показывает рукой вперед. Остановились, всматриваемся, ничего не видно И тут из–за глыбы чернозема медленно высовываются серые уши, заяц выглянул и опять спрятался. И так дважды, пришлось Володе крикнуть: " Ну, заяц, выходи!", чтобы тот рванул наутек.

Охота выдалась на славу, к обеду уже взяли норму. Перед отъездом расположились перекусить. Пока раскладывали тормозки, я разлил водку в 30-граммовые подаренные мне на день рождения свояком рюмки из нержавейки.

— Ну, с полем ребята! - и выпил залпом.

— С полем, — дружно отвечают все семеро и продолжают завтракать.

— Может, водка не нравится? Так это " Цельсий", будто ничего…

— Да ты пей, пей, компания у нас непьющая.

— Как непьющая, а традиция? Ну, вы, ребята, даете, первый раз такое встречаю, не поверит никто! Сколько баек на эту тему есть, а тут в натуре.

— Не думай, не баптисты, какие мы, так уж подобрались и не тужим.

Следующий выходной пришлось почти до самого вечера бороздить раскисшую пахоту, пока взяли норму, заяц не подпускал близко, вскакивал метров за 200. Только в заброшенном саду взяли почти все по зайцу. Володя и Петр Егорыч, взяли по паре, в раз до нормы на компанию. За все совместные охоты у них не было промахов. А Егорыч со своей легкой "Банеллю" доставал косых на расстоянии, что нам и не снились. У него в арсенале 7 ружей-автоматов лучших фирм мира, в общем — охотник до мозга костей. Даже когда ребята в пару раз моложе его начинали скулить после 5-километрового прохода по раскисшей пахоте, Егорыч, в пример всем, бодро шел на очередной заход, подзадоривая коллектив:

— За мной! В атаку! Мне 70, заяц у меня есть, для вас же стараюсь!

На одой из охот мы плотной цепью прочесывали невысокий шелковичник, а, выйдя на окраину, не обнаружили Егорыча.

— Отряд не заметил потерю бойца, — пошутил кто-то из нас.

Появился он минут через 10, сильно прихрамывая на правую ногу.

— Ну, заяц... (кстати, Егорыч не умел изъясняться на местном нелитературном наречии), чуть калекой не сделал. Обходил я густой куст и как пуля в ногу врезался заяц, я еле удержался, ухватившись за ветку. А косой, сделав два кульбита, унесся в противоположную от первоначального маршрута сторону.

На очередном загоне приятная неожиданность - в двухстах метрах от нас из лесопосадки вышла косуля. Все остановились, замерли — не часто в нашей голой степи встретишь такую красавицу. Обозрев нашу цепь, неспешно поплыла по краю поля.

До заката дня еще много времени, домой уезжать вовсе неохота, норма взята, хочется пройти пару загонов, но Володя не поддался на провокацию. Возвращаемся по неплохо сохранившейся асфальтированной дороге. Странно, сплошь и рядом все проселочные дороги — уже давно сплошные рытвины, а тут едем, как по европейскому автобану. Оказалось, это дорога на откормочный животноводческий комплекс, от которого остались только ножки да рожки. Растащили его по кирпичику, а дорога сохранилась в первозданном виде.

Усталость берет свое и уже добрая половина охотников "клюет" носом.

— Волк! — все враз бросились к правому борту машины.

Метрах в сорока, чуть опережая машину, параллельно дороге легкой неспешной рысью по направлению к виднеющемуся впереди заброшенному саду бежал волк.

— Мужики, что делать? — не поворачиваясь к нам, посоветовался Володя. А пятизарядка уже торчала из окна. Мы ничего не успели ответить, как волк, перевернувшись через голову, растянулся на озимке. Редкая добыча, выбежали посмотреть на хищника, довольно солидных размеров.

— Обнаглели, уже днем по селам шастают, — вставил Егорыч. — Недавно на доярку напал, шла поутру с фермы после дойки. На крик выбежали мужики, так он, на них рыча, пошел. Забили палками, а женщину увезли в больницу зашивать разрывы на руке и лице.

— Ну, что с ним будем делать? – обращается к коллективу Володя. — Может в УООР отвезем?

— Шутить изволите.… А штрафа не хочешь? — вставил Виталий. — Давай я его Сереге отдам, он за сотку баксов такое чучело сотворит, всем на зависть, да и перед внуками похвалиться будет, чем на старости.

Едем уже по трассе, подпрыгивая на колдобинах, и такая тоска душу рвет на части: как же нам не повезло с нашими несуразными законами об охоте.

И кто принимает такие постановления? Все идет к упадку, егеря и охотоведы бегут с работы, скудеют угодья, земли, что были под охотничьими угодьями, распродаются без стыда и совести, разваливаются охотколлективы.

С каждым днем дорожает горючее, боеприпасы. Хлопцам в Думе не про нас, там борьба за льготы, "недоторканість". Они, если после "тяжких дебатов" и позорных потасовок на все экраны мира, и выезжают на охоту, то только в заповедники, где для таких дичь, как правило, к деревьям привязана.

Пишут в наших охотничьих журналах правильные статьи, возмущаются редакторы и охотный люд, да кто же "там" читает наши статьи?

Как говорится — больно, обидно, да ладно, как всегда, надеемся на лучшее будущее для себя и потомков наших…