header_logo

Содержание / 2011 / Оружие и охота №11


Утро и вечер - охотничий день



Владимир САРАТОВ, фото автора

"...начинается утиный лет: сперва небольшими стайками пускаются в путь чирки. Затем следуют шилохвост и другие, а напоследок кряквы. Начало тяги и вообще лет зависит от ветра и настоящей погоды."

Л. П. Сабанеев

"Календарь природы"

После полуночи пошел дождь. Под шорох его капель хорошо спалось в палатке. Уже шестой час, дождь, вроде, перестал, пора становиться на место.

Знакомый куст ежеголовника, хорошо скрывавший лодку в сентябре густотой своих листьев, пожух. Лишь по краям зеленеет еще узкая полоска его живых стеблей, окружая бурую проплешину середины. Пришлось забиваться в густой высокий рогоз на краю заводи по соседству. Только стал, приготовил ружье, как опять начало моросить. Светает. Мокро и серо. Дождевые капли светлыми линзочками покрыли ствол "Тоза". Ударяя ребром ладони сбоку по стволам, стряхиваю капли. Не задалась погода, неужели так, в плаще, весь день и проведу? глухо издалека донеслась пара выстрелов. Кто-то все же охотится. Чирки стайкой по дуге прошли над водой и опустились у дальнего травяного островка. Пролетела, не спеша, стороной кряква, села в зарослях слева. На воде, покрытой сетью дождевых капель, заскользила черной лодочкой лысуха, направляясь на середину плеса. Дождик ли, не дождик, а у птиц свои дела. Облачность на западной стороне неба посветлела, стала не такой плотной и менее однородной. Постепенно дождь начал стихать. Осторожный крыжень облетает окрестности — выглядывает место, где бы сесть. Веду глазами, не шелохнувшись, но с высоты он уже заметил лодку и отворачивает на безопасном удалении. Ти-ти-ти, — свист крыльев совсем рядом. Две кряквы налетели вплотную и, резко принимая в сторону, схлестываются крыльями. Рывком вскидываю ружье, но утки над сплошными густыми зарослями рогоза, собью — не достану. Жаль, ведь налетели в меру!

> <p>Дождик то поморосит, то перестанет, — намек, что должен скоро прекратиться. Ветерок повеял. Ну, давай, разгоняй тучи.</p><p> Справа появились две лысухи, выплывают на открытое. Я замер, не шевелюсь. Птицы плывут, приближаются. Пожалуй, уже можно: выцеливаю переднюю. Дробь пенит воду вокруг нее. Обе поднимаются на крыло. Веду по второй. Выстрел догоняет ее, и лысуха падает, бьет лапами по воде.</p><p> Незаметно дождь перестал. Из серой пелены в небе начали образовываться облака, разрывая однотонное небесное покрывало. Пробегает ветерок, морщит воду, покачивает и шуршит султанами тростников.</p><p> Бах, бах, — на плесе стреляют из лодки. Вот моторка с браконьерами вырывается из-за мыса и с гулом мчит, разрезая и вспенивая воду, к выходу из залива. Снова стало тихо. Рядом, в зарослях, послышался шорох. Наблюдаю за тростниковыми, их еще называют усатыми, синицами, снующими поблизости. Длиннохвостые птички что-то склевывают со стеблей. Взрослые, с забавными черн&#1099