header_logo

Содержание / 2012 / Оружие и охота №9


Рання осень



Рання осень

Дмитрий ЗУЕВ

Необыкновенно ярко вспыхнули после пасмурного лета огневые краски листопада.

Просветы древесных вершин сквозят, как синие окна. Высоко описывает медлительные дозорные круги ястреб. Безветренный воздух тих и покоен. Через солнечный простор поляны плывут седые паутинки.

Челноком носится на птичьих набродках легавая собака.

Шерстится кудрявая зелень вереска с лилово-розовыми мелкоцветными султанчиками. Заманчиво уселся на мху дебелый гриб-боровик со светло-коричневой округлой шляпкой. В стороне мелькает бабочка сентября — зимняя пяденица. Из поблекшей травы смотрит милый осенний цветок — белозор, прозванный за красоту "солнечной росой".

За все, за все цепляются пытливые глаза охотника...

А собака ведет вперед и вперед. Вот она замерла перед свежезеленеющими можжевеловыми кустами. Гулко залопотали птичьи крылья: угольно-черная краснобровая птица, не выдержав стойки, сорвалась далеко за кустами. В какое-то неуловимое мгновенье, по полувековой привычке, ружье само прикладывается к плечу. Гремит дуплет. Заметил: в воздухе виснут сбитые зарядом желтые листочки, а вместе с ними и легчайшие пуховые перья: дробь все же задела птицу...

Опрометью бросаюсь в кусты. Кофейная, с проседью Нора опять стынет на стойке, а под собачьей мордой лежит, бьет крылами старый лирохвостый косач — редкий трофей сентябрьской охоты. Хозяин пойнтера — писатель И. А. Арамилев — протягивает мне руку, поздравляет с удачным "полем".

Идем дальше по нарядному лесу. Голубой воздух веет очарованием последнего тепла. Догорают цветы, меркнут и блекнут поляны. Золотые березы, особенно ослепительные на солнце, как бы врисованы в лазурь неба.

Над вершинами неожиданно мелькает вальдшнеп. Раздаются два выстрела — и прекрасная птица шлепается около наших ног.

Меланхолично шуршат под ногой опавшие листья, нежно чеканит свой тонкий напев пеночка-теньковка: "пинь-тень-тень".

Солнце клонится к западу. По кустам и траве серебрятся на припеке нити осенней паутины. По охотничьим приметам паутина — сигнал высыпки дупелей. И, действительно, на Шошенском заливе Московского моря из-под Норы поднялся на крыло спокойный, ожиревший дупель.

Бродим до вечерней зари, и вокруг в безветренном воздухе все тянется и тянется прозрачная канитель паутины. Паучки-воздухоплаватели, цепляясь за кусты, за жнивье, взвиваются на длинной паутинке, как воздушные змеи детских игр...