header_logo

Содержание / 2000 / Оружие и охота №12


О метательных ножах



Страницы многих оружейных журналов и каталогов пестрят рисунками и фотографиями различных метательных ножей со всякими "наворотами". Но вот настолько ли эффективны и удобны эти конструкции, как утверждают их создатели, пробовали ли они метать свои ножи?

Чтобы ответить на эти вопросы, необходимо сначала определится с главным: понять сущность и специфику метания, для чего оно нужно и какая от этого занятия польза? В средствах массовой информации постоянно сообщается о крупных криминальных разборках с применением огнестрельного оружия — когда нужно действовать с расчетом и наверняка, выбирают, как правило, средства, которые дают практически полную гарантию поражения противника. В бытовых стычках эти же вопросы решаются зачастую с применением кухонных и складных ножей. Однако мне не доводилось слышать о том, что в этих стычках участвовали настоящие метатели ножей.

Метание ножа — это искусство. Художник сражается на листе бумаги или холсте, используя кисти и карандаш, а метатель "борется" с помощью ножа с пространством, отделяющим его от мишени, и плоскостью самой мишени. Но и тот и другой стараются самовыразиться в реальном, сопротивляющемся им мире.

Метание сродни стрельбе, а при стрельбе по мишени всегда существует несколько пробоин, удаленных от основной массы попаданий. И удаленность эта тем меньше, чем выше мастерство стрелка, чем лучше и однообразнее его техника и, наконец, чем более устойчива его психика. Все это приобретается лишь с годами упорных тренировок. Особенно в таком деле, где человек по большому счету является лишь придатком своего оружия. Хорошо или плохо он прицелится, мягко нажмет на спуск или резко сорвет его — выстрел все равно прозвучит и снаряд улетит, пускай даже в примерно заданном ему направлении с примерно одинаковой скоростью и траекторией.

Но насколько труднее добиться результата там, где человек сам выступает составной частью действа, которое завершается попаданием снаряда в мишень. Это уникальная возможность абсолютного владения собой, когда твое сознание сливается с пространством. Нож выпущен из руки, он находится еще в полете, а уже на подсознательном уровне понимаешь, насколько удачен (или нет) был твой бросок. Развивая в себе эти ощущения можно научиться искусству метания. Постигший его в процессе долгих тренировок вряд ли будет использовать свое умение всуе, разменивать его на перспективу длительного содержания на казенных харчах. Скорее всего, он будет возвращаться вновь и вновь к моменту преодоления своего сознания и оттачивать полученные навыки, ведь совершенствоваться в искусстве метания можно всю жизнь. Но это так сказать высокий штиль, впрочем, совершенно необходим для того, чтобы подчеркнуть всю трудность преодоления выбранного пути, и хоть частично осветить процесс, происходящий в сознании и подсознании адепта.

Итак, на уровне "криминальных элементов" значение метания вряд ли поднимется выше нулевой отметки. А как на военно-прикладном? При современной оснащенности войск спецназа бесшумным оружием, сомневаюсь, что спецназовец будет "пантоваться" с метательным ножом перед лицом смертельной опасности или при выполнении сложной операции. Скорее он воспользуется бесшумно стреляющей модификацией "ножа-разведчика" — это проще и эффективней. Думаю, и здесь тоже не понадобится применять свое умение.Тогда может быть спорт? Действительно: прямо в точку. Правда, пока только на Западе. Там проводят соревнования, подсчитывают очки, определяют победителей. Может быть таков путь искусства метания в современном мире? Увы! Там где спорт, там все работает на результат, а чтобы повышался результат, вводят правила — дистанция строго определена; для каждой дистанции оружие балансируют по-разному, наиболее выгодно именно для этого расстояния. А одним и тем же ножичком на разных дистанциях слабо? Что вы, ответят, результат будет хуже! Вот и осталась сегодня в спорте лишь голая техника, а искусство метания ножа как-то сникло.

Так неужели множеству метательных ножей, красующихся на витринах оружейных магазинов и трактуемых законом как спортивный инвентарь при отсутствии в странах СНГ самого "метательного" спорта, суждено всего лишь несколько раз воткнуться в дерево во время уик-энда или (что, несомненно, случается гораздо чаще), шлепнуться плашмя, к большому сожалению хозяина, и в последствии заваляться где-то среди других бесполезных "взрослых" игрушек? Существует простой метод тестирования для определения кандидата в команду на соревнования, которому подвергают стрелков из лука, показывающих одинаковые результаты —"дартс". При владении элементарной техникой метания победит тот спортсмен, у кого психика более устойчива, а значит есть гарантия того, что не произойдет нервных срывов на соревновании.Или другой эпизод, на этот раз из жизни старой Японии. Лицом к лицу сталкиваются два самурая, кладут руки на рукояти мечей и пристально смотрят друг на друга. Свидетели, предвкушая кровавое зрелище, окружают их кольцом и молча ожидают кровавой развязки. Нависает зловещая тишина. Минута, другая… И вдруг, один из самураев резко разворачивается и, так и не обнажив меча, молча уходит, расталкивая толпу. Обыватели разочарованы. Что же это за самураи такие, не порубили друг друга! Им и невдомек, что поединок все же прошел, и прошел на самом высоком уровне — уровне психологической устойчивости к смертельной опасности. У кого сдали нервы, тот почувствовал себя мертвым. Он проиграл, даже не воспользовавшись мечом.

Так вот оно что! Оказывается, чтобы узнать, выражаясь языком гонконгских боевиков, "чье гун-фу лучше" при одинаковой технике, достаточно выяснить, чья психика более устойчива к воздействию внешних раздражителей. Значит устойчивость эту нужно в себе развивать. На Дальнем Востоке, например, издревле в качестве самого подходящего для этого упражнения считалась стрельба из лука и метание короткоклинкового оружия. Про лук нужно говорить особо, замечу только, что речь идет не о спортивном варианте, где ради получения результата лук оснастили прицельным приспособлением, тем самым загубив искусство "метания", а об интуитивном способе стрельбы, который практикуется в японском "кюдо" или в монгольском "сурхэрбане" — стрельбе из национальных луков.

Вот и нашлось то место, которое по праву должен занять в современном мире метательный нож и искусство метания в целом.

Да, метательный нож нужен спецназовцу, но вовсе не для выполнения военных боевых задач, как утверждают авторы, рвущиеся к армейскому пирогу с метательным ножом в руках. Не помешает он и спортсменам, но не для того, чтобы решать вопросы с судьей на поле. А бизнесмен, взяв его на вооружение, вряд ли вознамерится убрать с его помощью очередного конкурента. Всех этих людей будет объединять желание с помощью древнего воинского искусства на какое-то время соединиться со Вселенной и одновременно прислушаться к себе. Человек находится в постоянном мысленном шуме, за которым не слышит слабые сигналы своего тела и внешнего мира. Он постоянно находится в состояниях, навязываемых ему обстоятельствами и людьми. Избавить от всего этого может медитация. Но статическая, неподвижная медитация трудна в повседневной жизни. Динамическая медитация, то есть в движении, позволяет в любой момент остановить мысленный фон, оторваться от внешних раздражителей и сосредоточиться в данный момент на своем деле. Именно это состояние наиболее ясно проявляется во время сосредоточенного метания. Почувствовав и поняв, что это такое, человек рано или поздно научится приводить себя в такое состояние в любое время и при любых обстоятельствах. Сосредоточившись на метании и своих ощущениях, человек тренирует психику на устойчивость к внешним раздражителям. Тренируясь в воинском искусстве, позволяющем дозировать нагрузки и не быть связанным с партнером, можно тренировать свое тело по индивидуальному, самим продуманному графику.

А теперь, получив ответ на главный вопрос —"для чего", можно перейти к материальной части.