header_logo

Содержание / 2017 / Оружие и охота №11


Записки испытателя-оружейника. Отечественные автоматы

Оружейный семинар

Но не успело еще облететь все уголки завода известие о передаче его в собственность государства, освобождении рабочих от призыва в Красную Армию, выдаче всему коллективу твердого продовольственного пайка, (на уровне красноармейского), что было объявлено на заводском митинге 10 июля, как вечером в тот же день над крышей Малого корпуса взметнулось черно-красное облако пожара. Смелыми действиями рабочих пожар был потушен, но он принес большие убытки. От Малого корпуса, где развертывалось производство автоматов, остались лишь обгоревшие стены с рухнувшей крышей. Пожаром был уничтожен временный барак, где размещались кузница и угольный склад. Из 237 станков 161 стал совершенно непригодным к эксплуатации, 76 требовали среднего и капитального ремонта. Сгорело 18 электромоторов и все трансмиссии. Сильно была повреждена дизельная станция.

Под утро следующего дня на завод приехала следственная комиссия. Позднее В.Г. Федоров вспоминал: «На другой день после пожара я был взят в ЧК в связи с постигшей нас катастрофой. В конце дня мне задали неожиданный вопрос: «В какой срок вы можете восстановить завод?» Я, конечно, сразу ответить не мог, надо было подумать, подсчитать. Через некоторое время сказал: «Можно восстановить через месяц».

Следственная комиссия пришла к заключению, что пожар произошел от самовоспламенения масляных тряпок. Но рабочие слабо в это верили. Не исключалось действие рук бывших хозяев завода».

А вот что рассказывает сын В.А. Дегтярева Владимир в сборнике статей о Федорове [4] в связи со столетием со дня его рождения (1974 год): Вечером в день пожара Федоров был арестован. Он подозревался в умышленном поджоге, как бывший генерал царской армии. На следующий день группа рабочих завода собралась на квартире слесаря Матяшина. Были приглашены инженер Жуков, мой отец, слесари И.В. Соловьев и М.А. Карлин. Бурно обсуждали арест Федорова и решили обратиться в ЧК с просьбой освободить его как непричастного к пожару. Председатель Ковровского ЧК Осокин сказал, что нужно поручительство рабочих. Тогда Жуков (впоследствии главный инженер завода) написал поручительство следующего содержания:

«Мы, сослуживцы Федорова, поручаемся за его благонадежность и верность Советской власти, просим освободить В.Г. Федорова из-под ареста и принести ему извинение за необоснованное обвинение.

К сему: Жуков, Матяшин, Чехлов, Юдин, Иванов, Карлин, Соловьев, Пейдеман и заведующий опытной мастерской Дегтярев».

В.Г. Федоров был освобожден.

В 1919 году на Ковровском заводе была создана большевистская организация, и по рекомендации ее руководителя Федоров был приглашен на партийное собрание. Секретарь партячейки сказал:

— Понимаете, Владимир Григорьевич, когда Вас арестовали чекисты, рабочие выразили протест и дали за Вас поручительство, но мы не знаем Вашего прошлого, знаем только, что Вы царский генерал.

— Я же беспартийный, уважаемый товарищ секретарь! Не могу присутствовать на вашем партийном собрании, к тому же никакой политикой не занимаюсь.

— А Вы расскажите лишь где родились, где учились, где служили.

— Извольте, товарищи, если Вас интересует моя биография.

В.Г. Федоров подробно рассказал о том, что родился он в Петербурге 15 мая 1874 года в семье учителя правоведения. Дед его, Федор Федорович, бьл каменщиком и, кстати сказать, строил здание той самой гимназии, где работал потом отец. Когда в России стали вводить фамилии, деда записали по его отцу, Федоровым, и мой отец, Григорий Федорович, стал Федоровым, жалованье получал небольшое и по вечерам пел в хоре Казанского собора за 12 рублей в месяц.

Затем Владимир Федоров рассказал о том, что по окончании гимназии его определили в Михайловское артиллерийское училище в Петербурге на казенный счет, так как в семье не было средств для продолжения образования в университете. По окончании Артиллерийской академии его назначили в оружейный отдел Главного артиллерийского управления, где он стал изучать историю вооружения Русской армии и написал несколько книг по данной тематике.

На другой день после пожара заводской гудок уже не звал людей на работу, рассказывали спустя много времени старожилы Коврова. Только дежурные ходили среди руин по все еще не остывшему пепелищу. Щипцами, лопатами они разгребали золу, подхватывали детали, инструмент, относили их в сторону и рассортировывали.

Уже 13 июля на заводе прямо под открытым небом были установлены верстаки по исправлению деталей образцов и приспособлений, попорченных пожаром. В тот же день к работе приступили инструментальщики, работники чертежного бюро. В разгар работ по ликвидации последствий пожара на завод прибыла Чрезвычайная комиссия от Центрального правления артиллерийскими заводами (ЦПАЗ) для ознакомления с послепожарной обстановкой. На общем собрании рабочих и служащих председатель комиссии Борисов зачитал официальное постановление ВСНХ о передаче завода в ведение ЦПАЗ и огласил состав правления завода из трех человек: председатель — А.М. Борухин, члены — В.Г. Федоров и М.Ф. Иудин.

Задание Смольного обязывало ковровских металлистов наладить производство федоровских автоматов за 9 месяцев — с 1 мая 1918 года по 1 февраля 1919 года. Это были весьма жесткие сроки по тому времени, учитывая нехватку станочного оборудования, сырья, материалов, рабочих рук. Весь штат завода составлял тогда около 60 человек, и В.Г. Федоров, приступая к руководству предприятием, отчетливо представлял себе, что уложиться в заданные сроки вряд ли удастся.

По технологии изготовления деталей автомата требовалось много вертикально-фрезерных операций, а таких станков на заводе был всего один. Нужно было заново создавать термический цех, ложевую мастерскую, испытательный тир, а средств для этого не было. Два месяца не выдавалась рабочим зарплата, в их семьи пришла нужда и голод.

В апреле 1918 года завод был временно закрыт.