header_logo

Содержание / 2020 / Оружие и охота №2


Когсвелл и Харрисон, ЛТД. - лондонский старейшина

История оружия

Данная публикация продолжает знакомить читателей с эксклюзивами из коллекции охотничьего оружия Вячеслава Богуслаева, Президента АО «Мотор Сич», находящейся в Музее техники, в г. Запорожье, Украина

Много лет тому назад, в конце 80-х, будучи зеленым старлеем «от авиации», служа Отчизне в филиале тогда еще Ворошиловградского ВАУШ им. Пролетариата Донбасса, в Багеровском гарнизоне (бывший 71-й специальный полигон «Москва-400», или в кругу посвященных — «Курчатовский полигон»), что под Керчью, и имея на то время такое же отношение к охоте, как заяц к геометрии, услышал я от своего друга Коли Плиндова, старшего техника ТЭЧ 228-го УАП, охотника «от Бога», фразу, которая запала в память, запомнилась своей категоричностью, этакой «истиной в последней инстанции»: «Ружья делятся на две категории — английские и прочие». Причем фраза из уст обладателя простенького ИЖика была произнесена под пельмешки со свежедобытой зайчатинкой из означенного ружья, и, безусловно, с некоей очевидной белой завистью…

Согласитесь, четко, конкретно, где-то даже с претензией на пафос, но, как показала последующая собственная практика, — в «десятку». В одной фразе простого охотника — глубочайший смысл, гениальный опыт сотен лет, тысячи краеугольных, эпохальных, запатентованных изобретений, да что говорить — это жирная точка над «i», и никак иначе. Это, наверное, то, с чем согласятся и многоопытные охотники, имевшие за долгую свою охотничью жизнь возможность сравнить стрельбу из разнообразнейших «стволов», и маститые оружиеведы, исписавшие не одну сотню страниц текста, посвященного «англичанам», и серьезные «собиратели жемчуга» — коллекционеры, центр своих собраний по праву комплектуя английскими шедеврами.

В чем же причина этого всеобщего трепета перед предметом, изготовленном на Туманном Альбионе?

Ответ прост, как все очевидное — практически все охотничье оружие, произведенное в Великобритании, на протяжении всей своей многовековой истории считается эталоном оружейного искусства. Ниже перечисленные составляющие этого правила только подтверждают его: большинство английского охотничьего оружия относится к высшему классу; плохого английского оружия нет априори, срок службы английских ружей неограничен и фактически границ не имеет; стоимость английского охотничьего оружия уменьшиться не может по определению, сохраняя его всю стрелково-охотничью жизнь; иметь английское ружье высшего разбора более чем престижно; приобретенное английское охотничье ружье, по сути, прекрасное вложение капитала — как минимум, свои деньги владелец вернет всегда…

Именно Великобритания подарила миру такую дерзкую характеристику, как «элитное оружие», именно принцип «Ружья — только высшего качества!», стоявший во главе угла некоторых оружейных компаний Великобритании, помог им выстоять в сложнейшей конкуренции с себе подобными и остаться на плаву спустя сотни лет с начала своего производства. Шутка ли, к началу 1900 г. в перечне зарегистрированных оружейных компаний, фирм, предприятий, мастерских и индивидуальных мастеров насчитывалось более 500 названий, представьте себе уровень конкуренции?! И это только лицензированных!

Для того, чтобы выжить в прямом смысле этого слова, и производилось супер оружие, предназначенное покорить сердца охотников исключительным оружейным мастерством и высочайшим качеством. Конечно же, некоторые фирмы «сходили с дистанции», прекращая свое существование. Некоторые, чтобы выжить, объединялись, меняли владельцев. Однако практически все те, кто с первого своего дня предпочитал «делать элиту» вместо «делать нервы своим клиентам», сохранили производство и успешно работают сегодня, пусть даже и не имея «у руля» прямых наследников и потомков прежних хозяев.

Признанными историками и оружиеведами (Е. Копейко, О. Малов, А. Блюм и др.) считается, что производство охотничьего оружия в Англии имеет несколько самостоятельных направлений, опять-таки достаточно условно имеющих название школ, например, бирмингемская, лондонская, ирландская и пр. А вот влияние английских мастеров, их изобретений на мировое производство охотничьего оружия настолько бесспорно, что многократно превышает имеющие всеобщее признание изобретения французских, американских и бельгийских оружейников: любая двустволка из любой страны, за редчайшим исключением, будет иметь гениальные технические решения оружейников Великобритании.

Не верите? Нужны примеры? Да сколько угодно: замки систем Джеймса Перде (James Purdey) или Энсона-Дили (Anson-Deeley), запирание стволов системами Гринера (Greener), Перде (James Purdey), Дау (George Henry Daw), Ланкастера (Charles William Lancaster), Вестли Ричардса (Westley Richards), а цевье на выбор — кнопочное Энсона или рычажное Дили-Эджа (Deeley-Edge), а ложа — не «английская» ли? Мало?

А эжектор Джона Харриса Голланда (Harris John Holland, 1893 г.), а эжектор Томаса Саусгейта, несколько отличный от голландовского (1889 г., британский патент №12314, Thomas Southgate), права на который поспешили приобрести Генри и Томас Вильям Вебли (Henry and Thomas William Webley), а гениальный, без преувеличения, замок Ф. Бизли (Frederick Beesley, впоследствии замок Перде)?

Снова мало!? Ну что ж, вернемся к истокам — в 1787 г. все тот же англичанин Генри Нок (Henry Nock) усовершенствовал запальную камеру ствола еще кремневого ружья, а 1807 г., когда Преподобный Александр Джон Форсайт (Reverend Alexander John Forsyth) получил свой «выстраданный», законный патент на «Выгодный метод производства выстрела или сообщения огня заряду для артиллерии и всех других видов огнестрельного оружия, мин, камер, полостей и мест, в которые помещается порох для воспламенения» (патент №3032 от 11.04.1807 г.), что позволило создать ружьё, заряжающееся с казённой части (справедливости ради все же отмечу, что первенство в открытии ударных составов по праву принадлежит Франции, именно работы Пьера Больдюка (Pierre Bolduc) и Николя Лемери (Nikolas Lemery, 1645-1715 гг.), Пьера Байена (Pierre Bayen, 1725-1798), Антуана Франсуа де Фуркруа (Antoine Franсois de Fourcroy, 1755-1809 гг.) и Луи Николя Воклина (Louis Nicolas Vauquelin, 1763-1829 гг.), а также Клода Луи Бертолле (Claude Louis Berthollet, 1748-1822 гг.) были фундаментом последующих изобретений, в том числе и упомянутого А. Д. Форсайта).

В 1880 г., уже упомянутый Фредерик Бизли, самый плодовитый изобретатель среди лондонских мастеров, запатентовал «самооткрывающееся» ружьё и продал патент своему бывшему хозяину, Джеймсу Перде (при нажатии верхнего рычага казённая часть стволов под действием усилия боевой пружины поднималась, ружьё открывалось, курки взводились при открывании ружья, а боевые пружины — при закрывании, поэтому приходилось применять сравнительно большое усилие для их сжатия). Непременно стоит упомянуть и Генри Аткина (Henry Atkin) работа которого образца 1907 г. вышеуказанного недостатка не имела, а ружья его изготовления открывались так же легко, как и Перде, но закрывались лучше: легко и плавно?!

Куда не кинь — везде англичане…

Некоторые британские компании, желая максимально расширить рынок сбыта своей продукции, ввели ее градацию, как пример — первоначально фирма Д. Перде выпускала ружья различных ценовых категорий — от А до Е. Категории отличались качеством исполнения и конструкцией. Так, в частности, недорогие ружья зачастую собирались оружейниками Бирмингема, а у Перде только занимались их окончательной отделкой. Между тем, слава и успех пришли к фирме именно за счет элитных моделей высшей ценовой категории, которые и сформировали облик Перде в глазах потребителей. И потому выпуск недорогих ружей под этой маркой не слишком благотворно влиял на имидж фирмы. Словом, система категорий себя не оправдывала, и с 1920-х годов Перде выпускал оружие только категории А. Эти ружья называли также «The best» — лучшие.

По мнению того же Е. Копейко, такой подход был оправдан и для других компаний, выпускавших массовое, доступное охотничье оружие. На ружьях категории А были подкладные замки на боковых пластинах, ружья с замками в колодке системы Энсон-Дили (Anson-Deeley) попали в категории В, С и D, курковые с замками «в шейку» относили, как правило, к категории Е. На подушках колодки тех ружей нередко можно было увидеть клеймо категории или прочитать ее градацию, например: C Quality. Однако кроме Джеймса Перде и другие производители элитного оружия от этой практики вынуждены были отказаться — серьезные покупатели не желали иметь ничего, кроме высшего качества, производство иных ружей приводило к потере престижа и состоятельных клиентов. Именно поэтому к началу ХХ в. компании вернулись к производству оружия только высшего класса, откуда и возникло понятие «The Best Gun». Признаюсь, самому видеть британское охотничье оружие с буквенным указанием категории качества как-то не случилось…

Английское охотничье оружие можно условно разделить на несколько категорий, причем подчеркну — «условно»! К категории «The Best Gun» историки — оружиеведы (И. Карклиньш и некоторые иные) единодушно относят «тяжеловесов» — «Джеймс Перде и сыновья» (James Purdey&Sons. Ltd), «Голланд и Голланд» (Holland&Holland) и «Босс» (Boss&Co Gunmakers Ltd), а также «Е.Д.Черчилль» (E.J. Churchill (Gunmakers) Ltd), в категории высокого (высшего) разбора традиционно присутствуют «Джеймс Вудвард и сыновья» (James Woodward&Sons), «Вестли Ричардс и Со» (Westley Richards&Со), «Чарльз Ланкастер и Со, Лтд» ( Charles Lancaster&Со, Ltd), «В. В. Гринер, Лтд» (W. W. Greener, Ltd), «Когсвелл и Харрисон, Лтд» (Cogswell&Harrison, Ltd), «В. и Ч. Скотт и сын» (W.&C. Scott&Son), «Джозеф Ланг и сын, Лтд» (Joseph Lang&Son, Ltd) и ряд других, не менее известных имен, перечисление которых займет не одну страницу текста, что, впрочем, не означает, что они менее известны либо менее значимы в истории английской оружейной школы!

У пытливого читателя может возникнуть вопрос, в чем же этот самый высший разбор, в чем Best-ность этих предметов?! Если коротко, то означенное оружие отличается от ружей классом пониже своими конструктивными особенностями — подкладными замками на боковых пластинах (досках, основаниях), составляющие которых изготовлены, зачастую, вручную, перехватывателями курков (интерцепторами, препятствующими случайному выстрелу при падении ружья), наличием механизмов самооткрывания и автоматического выбрасывания стреляных гильз (эжекторами). Торец приклада у гладкоствольных ружей, как правило, никогда не «обезображен» затыльником, пусть даже самым вычурным «скелетоном», этот аксессуар свойственен относительно недорогим изделиям, как и наличие (отсутствие) пистолетной или полупистолетной рукоятки (отсюда и название «классическая английская прямая ложа»). Отсутствие затыльника, позже ставшее показателем престижности оружия, объясняется ну совсем просто — при необходимости лишняя часть приклада без затей… отрезалась, чтобы удобнее подогнать ружье под себя, любимого.

Внутренние поверхности стволов не хромируются, а тщательно полируются свинцовыми шпалерами.

На престижном оружии отсутствуют антабки для погонного ремня, как и сам ремень, это оружие великолепно сбалансировано, эргономично и категорически изящно! Впрочем, отсутствие антабок и погонного ремня не всегда было «достоянием» высшего разбора, дело в особенностях именно английской охотничьей забавы. Самой распространенной «перьевой» охотой в веке XIX была загонная охота на фазана и куропатку (грауса), изобилие птицы не давало стрелку много времени на перезарядку, учитывая, что оружие в большинстве своем было шомпольным, то помощь стрелку оказывал слуга — заряжающий. Практически идентичной была охота из-под легавых. Так и возникла необходимость иметь пару абсолютно одинаковых, не отличающихся ни размером, ни весом, ни калибром-боем, ни формой ружей, которые носил не сам стрелок, а именно слуга — заряжающий. Нужно учитывать, что пара ружей — не одно ружье, позволить такое роскошество мог себе только какой-нибудь далеко не бедный вельможа-охотник, по определению не страдавший из-за отсутствия слуг — помощников. Сам же сановный стрелок ружей не носил (а слуги зачем!? и еще и ремень этот…) и не заряжал: не сэр…ское это дело, в ружьях копаться… Другое дело — во время охоты: взял-выстрелил-отдал-получил-выстрелил-отдал, вот так, просто и незатейливо. Отсюда и отсутствие ремня и антабок к нему.

Высочайшая твёрдость используемой древесины, как правило, грецкого ореха, росшего 300-350 лет где-то в горах Афганистана, Грузии, Киргизии, Испании, Италии, Ирана, Франции, Турции и выдержанного не один десяток лет в специальных условиях до плотности кости, позволяет нанести мельчайшую насечку, что придаёт ружью дополнительный элемент благородства, а красота дерева просто ошеломляет (нелишним будет отметить, что качественная древесина грецкого ореха стоит очень дорого, цена ее прямо пропорциональна сроку выдержки древесины, части дерева — комель, прикорневая часть, ядровая часть, кап — и ее рисунку). Но основная особенность таких ружей — это ручная работа, исключительно точная подгонка частей и механизмов друг к другу, что обуславливает высокую живучесть (30-50 тысяч выстрелов) и долговечность оружия. Такие ружья декорированы великолепной гравировкой только ручной, многочасовой работы в стилях «bouquet&scroll», «roses&scroll» (розы, букеты, арабески и завитки). Не случайно многие ружья, перевалившие за 100-летний рубеж, выглядят как новые, хотя и находятся в эксплуатации.

Однако есть также группа оружейников, имена которых практически ничего не скажут ни специалистам и коллекционерам, ни, более того, любителям. Это оружейники, производившие в свое время достаточно неплохое охотничье оружие, отвечающее общепринятым европейским канонам, но, в силу разных причин, не завоевавшие свою широкую нишу на рынке и довольствующиеся «небольшой в ней щелью»: Френсис Бребнер (F. Brebner) из г. Дарлингтон, Джордж Е. Уолкер (George E. Walker) из г. Ньюбери, К. Уоллес (C. Wallace) из Лондона (перечисленные штучники находятся в коллекции Вячеслава Богуслаева), Э. Трюлок (A. Truelock), И. Блэнкл (I. Blankle), Х. Барн (H. Barne), Х. Делани (H. Delany), «Клябро и Джонстон» из Бирмингема (J.P. Clabrough & Johnstone Ltd Birmingham), «Оружие машинной выделки пушечного и сталелитейного завода «Виккерс» (Vickers Ltd Crawford Kent), «Братья Вейс в Бирмингеме» (Weiss Brothers Birmingham) и ряд других.

К слову, о последнем производителе охотничьего оружия достаточно нелестно отозвался В. Н. Сатинский в своей книге «Ружейные клейма и их значение», изданной в 1932 г. в Москве (оригинальная орфография сохранена): «Фирма братиъев Вейс в Бирмингаме. Фактически являлись не производителями, а комиссионерами, выпускавшими под своей фирмой ружья самых разнообразных мастеров (например, ружья Скотта). Наряду с ружьями такого хорошего мастера, как Скотт, попадались ружья третьестепенных мастеров, поэтому недовольств этой фирмой было очень много. Ружья братиъев Вейс и теперь еще у нас встречаются довольно часто, следовательно, при приобретении их надо быть очень внимательным, чтобы не получить, благодаря доверию к английским оружейникам вообще, какой-нибудь некачественный товар — хлам по дорогой цене…»

Об одной оружейной компании, упоминавшейся выше, безусловно и бесспорно принадлежавшей к «элите» английского охотничьего оружия, и пойдет речь в настоящей статье.

Владелец ломбарда, известный в Лондоне как удачливый ростовщик, Бенджамин Когсвелл (Benjamin Cogswell), записанный по адресу 4 Бенгал Плейс, Нью Кент Роуд, Лондон (4 Bengal Place New Kent Road London), начал свой бизнес в далеком 1770 г. и находился по этому адресу (по крайней мере, это известно точно) между 1830 и 1842 гг. Дата переезда его на 224 Стренд, Лондон (224 Strand, London), неясна, но начиная работать по указанному адресу в рекламе он позиционирует себя как приемник Эдварда Бентона (Edward Benton), «Склад ружей и пистолетов».

Видимо, случилась сия негоция в этом временном промежутке, потому что доподлинно известно, что «Эдвард Бентон, мастер-ювелир, «сребродел» и торговец огнестрельным оружием», имел свое дело именно по этому адресу — 224 Стренд — в 1835 г. В пользу немалых масштабов мастерской говорят и такие факты — по этому же адресу были записаны братья Гектор и Роберт Эссексы (Hector&Robert Essex) — ювелиры, оружейники и торговцы оружием, дальние родственники Бенджамина Когсвелла, который в 1857 г. по этому адресу рекламирует себя уже как «оружейник». До 1857 г. фирма, которой руководил старший сын отца-основателя, Бенджамин, конструктор револьверов и дуэльных пистолетов, все еще не была зарегистрирована как производитель огнестрельного оружия.

Весь этот период — становление известной в дальнейшем на весь мир оружейной компании по производству ружей, пистолетов и штуцеров, одного из старейших в мире (!) оружейного предприятия (старше только казенная оружейная фабрика, созданная в 1712 г. именным указом Петра I на базе открытого в 1695 г. русским кузнецом Никитой Демидовым частного оружейного завода, а в 1705 г. — «Казенного оружейного двора», где было собрано для работы до 800 человек оружейных мастеров, и немецкая «легенда» J.P. Sauer, дата возникновения оной более чем солидная — 1751 г.), которая в начале своего пути большими успехами не блистала, прибыль приносила торговля с армией оружием (пистолетами и ружьями) в период наполеоновских войн, в бытность Наполеона Первым консулом и императором (ноябрь 1799 — июнь 1815 гг.). К слову, фирма, со слов ее хозяина (Б.К), имевшая для торговли большой запас ручного огнестрельного оружия, еще и принимала его в залог. Дата выпуска первых образцов именно охотничьей продукции точно неизвестна (после войны у бывших солдат и офицеров возникла нужда в охотничьем оружии).

Несколько спорной является дата присоединения к фирме плеяды оружейников с фамилией Харрисон (Harrison), датируемая временными рамками от 1837 до 1860 гг. и позже. Во всяком случае первым, видимо, именно в 1837 г. к фирме Когсвелла присоединился Эдвард Харрисон (Edward Harrison), в тот момент достаточно широко известный эксперт по огнестрельному оружию, а дальше есть две даты: 1860 и 1863 гг. как даты присоединения Эдварда Харрисона к руководству компании как равноправного партнера и совладельца и изменение старого названия с «Benjamin Cogswell, Gun&Pistol Warehouse, Gunmaker» на «Cogswell & Harrison» (первую указывает Е. Копейко, о второй пишут в своей книге «Cogswell & Harrison. Два столетия производства ружей» Грэм Кули и Джон Ньютон (COGSWELL & HARRISON: TWO CENTURIES OF GUNMAKING. By Graham Cooley and John Newton, 2000). Адрес оба источника указывают все тот же: 224 Стренд, Лондон.

С 1879 г. состоялось значимое событие в жизни компании, управляемой на тот момент Эдгаром Харрисоном (Edgar Harrison), пришедшим «в дело» в середине 1870-х гг. — она меняет адрес и переезжает на 142 Нью-Бонд Стрит, Лондон (142 New Bond St London). А еще через три года (1822 г.) в названии фирмы появляется приставка Ltd, означавшая, что компания стала акционерной, и появляется новый адрес — 226 Стренд, Лондон (226 Strand, London). Собственно говоря, именно с приходом в фирму этого оружейника, проработавшего там до 1938 г., историки связывают наибольший конструкторско-инженерный прорыв (первый патент им был получен в 1884 г., последний же — в 1929 г., первое крупное предприятие создано в 1886 г. при его деятельном участии, когда была арендована большая фaбрика в небольшом местечке Харроу (Harrow), Мидлсекс по адресу Ферндейл Эстейт (Ferndale Estate, Middlesex). Владельцами компании на этот момент являются Эдгар Харрисон и Джулия Адлас Чаплин (Adlas Julia Chaplin).

Наверное, этот период работы компании принято считать самым удачным в финансовом плане — компания была официальным поставщиком оружия для французских войск во времена франко-германской войны 1870-1871 гг.

Производственные мощности в Уимблдоне, Харроу, магазины на Стренд и Нью Бонд Стрит — чего еще желать преуспевающей компании!? Ан нет, нашлась и «своя ложка дегтя на бочку меда» — первый из двух масштабных пожаров полностью уничтожил фабрику в Харроу в середине 1880-х гг. (второй случится около тридцати лет спустя, в 1915 г. фабрика по производству пороха в Колнбруке (Colnbrook) будет уничтожена пожаром, в котором погибнет Когсвелл Харрисон, единственный сын Эдгара Харрисона и внук Эдварда…), оба пожара имели катастрофические последствия для компании: многие здания, оборудование, станки, изготавливаемые модели и готовые изделия, оплаченные клиентами, проекты, документация — все это было утрачено в огне. Страховка не особо помогла и ситуацию не спасла — она покрыла только часть, приблизительно половину убытков, которые исчислялись десятками тысяч фунтов! Чтобы не тратить драгоценное время, компания покупает новый, более крупный завод в г. Джиллингем, графство Кент (Gillingham), где развернулось производство патронов, в дополнение к изготовлению оружия, позже, из-за высокой конкуренции со стороны других производителей, эта часть деятельности была прекращена.

Эдгар Харрисон, которого справедливо считают «паровозом» компании, отметился в 1888 г. одним очень полезным изобретением, серьезно расширившим сферу деятельности фирмы — он сконструировал пружинный механизм, запускающий стеклянные шары, а позже, после доработки, тарелочки (аналог современного стрелкового стенда). Одновременно с этим изобретением были открыты стрелковые школы со стендовыми площадками в пригороде Лондона Колнбруке (Colnbrook) и местечке Блэгдон (Blagdon), а имеющееся регулярное железнодорожное сообщение с Лондоном только способствовало популяризации этого вида активного отдыха с оружием в руках…

Десятью годами раньше, в 1879 г., в перечне моделей охотничьих ружей компании появилось первое безкурковое ружье Victor, чуть позже был зарегистрирован патент на его доработанную версию. Практически одновременно, в 1886 г., охотники познакомились с ружьями модели Avant Tour, выпускаемыми в курковом и позже — безкурковом вариантах с замками в колодке и эжекторами. Как пример, ружье этой модели в солидном 12-м калибре, оборудованное замками в колодке и эжекторами, с 65-м патронником и стволами длиной в 762 мм, с дульными сужениями, как правило, 1/4 чока и 3/4 чока, было до смешного легким — всего 2,9 кг! Эти модели получили в 1895 г. односпусковой механизм, причем тот же 12-й калибр при стволах длиной 711 мм весил и того меньше — всего-то 2,78 кг. В середине 1890-х гг. свет увидела очень интересная, удачная модель компании под названием Cosmos, это было пуле— дробовое ружье, использовавшее патрон собственной конструкции (всего в активе фирмы 24 марки дробовых патронов) с пулей Cosmos, имеющей в носике цилиндрическую полость и два наружных кольцевых ободка. Изготовление этой пули обязано собственной линии компании Armus по снаряжению патронов и производству оружейного пороха под названием Vicmos. Причем ружья этой модели оказались настолько модными, что их выпускали в 8-м, 10-м 12-м калибрах с очень мелкими нарезами, верхним рычагом запирания и складными целиками на прицельной планке, вес пули для 10-го калибра был 50,15 г, для 12-41 г. Именно эти модели охотничьего оружия фирмы Cogswell&Harrison так полюбились султану Джохора Абу-Бакару (султанат в Малайзии), что он поддерживал ежегодный заказ на два ружья для вручения в виде подарков важным своим гостям. Султан прославился умелым руководством, своей продуманной политикой отношений с англичанами и Сингапуром. Умный политик и хороший администратор он добился увеличения благосостояния и расцвета страны, получив за свои выдающиеся заслуги титул «Отца нового Джохора». Впрочем, интерес к продукции этой славной оружейной компании проявили как минимум, пять правящих монархий Европы…

Предположительно, в этом же временном интервале «блеснуло» еще одно качественное творение мастеров компании — безкурковое охотничье ружье модели «Desideratum»(«Желанное»), с подкладными замками на боковых пластинах, V-образной боевой пружиной, расположенной перед курком, указателями взведения курков, выведенными наружу и эжекторами.

1893 г. ознаменовался началом производства крайне интересной модели ружья под названием Vena Contracta, имеющего стволы необычной конструкции — в них диаметр канала ствола уменьшался от патронника к дульному срезу, причем патронник был 12-го калибра, а дульный срез имел размер, фактически соответствующий 20-му. Автором этой идеи был директор компании, английский оружейник Г.Ф. Филипс (H.F. Phillips), запатентовавший свою идею и воплотивший ее в этом ружье.

В самом начале ХХ в., в 1908 г., компания, говоря современным языком, «поглотила» оружейного собрата — славное оружейное лондонское предприятие «Мур и Грей», Крейвен Стрит, Стренд (William Moore&Grey, London), имевшее свою многолетнюю историю еще с 1820 г., к чести инициатора этой сделки, нужно отметить, что «Когсвелл и Харрисон» не только продолжили выпуск охотничьего оружия под этой маркой, но и по сей день имеют право на выдачу «Сертификата подлинности» (Certificate of Origin) на продукцию этой компании, кроме этого, что немаловажно, производится их обслуживание и при необходимости, ремонт.

Девять лет спустя, в 1917 г., компания в очередной раз сменила прописку, выбрав одну из самых почитаемых лондонскими оружейниками улицу, адрес компании выглядел так: 168 Пикадилли, Вест Энд, Лондон (168 Piccadilly London West End), пробыв там достаточно долго, аж до 1982 г! Рассудив здраво, что, раз ничего не помешало компании разместиться в самом центре английской столицы, то со здоровым нахальством можно (и нужно!) открыть свое представительство на центральной парижской улице Авеню Опера (Avenue de L\'Opera): «Не мы первые, не мы последние…»

Почуяв вкус и выгоду от слияния с другими производителями, компания «Когсвелл и Харрисон» во главе с Клодом Харрисоном в 1919 г. присоединяет к себе фирму Х.Х. Хасси (H.H. Hasseu), в результате чего на легендарной улице Альбемарль, вызывающей своим названием исторические ассоциации с лордом Байроном, чей издатель Джон Мюррей находился здесь, и Оскаром Уайльдом, членом клуба Albemarle, где оскорбление, которое он получил, привело к его иску за клевету и возможному тюремному заключению обидчика, по адресу 41 Альбемарль-стрит, Лондон, была «прописана» компания «Харрисон и Хасси» (Harrison & Hasseu). Кстати, Альбемарль-стрит, находящаяся рядом с Пикадилли, была первой улицей с односторонним движением, созданной с целью улучшения движения транспорта в Лондоне — длительные пробки в столице возникали из-за ужасных очередей, образованных лошадьми с колясками, перевозившими нетерпеливую публику к центру города. Но это так, к слову…

Компания, в числе немногих, освоила выпуск комплектов парных ружей, причем это были как доступные комплекты с замками в колодке и эжекторами 12-го калибра со стволами длиной 711 мм, 65-ми патронниками и сужениями 1/4 и 3/4 чока, так и более престижные, с замками в колодке и декоративными боковыми пластинами того же 12-го калибра со столами длиной 762 мм с теми же патронниками. Это была модель Extra Quality Victor.

Позже компания освоила выпуск парных ружей этой же модели, Extra Quality Victor, но с подкладными замками на боковых пластинах, такие ружья в 20-м калибре комплектовались блоком горизонтально соединенных стволов длиной 698 мм и весили всего 2,60 кг. С 1920-х гг. был освоен выпуск бескурковой модели Markor (в отдельныx изданияx эта модель обозначена как Marker) от 12-го до 20-го калибров, с блоком горизонтально соединенных стволов длиной от 698 до 762 мм, с различным набором дульных сужений. Эта модель, имеющая коробчатый замок, приглянулась американским трапперам и практически весь ее выпуск был ориентирован на заокеанский экспорт. И только в этот период, в 1920-е гг., выпускалась модель Moorgrey, с так называемыми обратными подкладными замками на боковых пластинах несуразной, короткой, без переднего опорного мыса, практически треугольной формы.

В 1924 г. Эдгар Харрисон стал Магистром Почтенного общества оружейников, созданного 14 марта 1637 г., когда мастера-оружейники получили самостоятельность и основали свою цеховую гильдию под названием «Почтенное общество оружейников города Лондона» («Worshipful Company of Gunmakers of the City of London»).

Сбой в мировой экономике после Первой мировой войны не мог не задеть даже такой слаженный механизм, как «Харрисон и Хасси» и произошло неприят