header_logo

Содержание / 2002 / Оружие и охота №4


"Червоный"



"Червоный" лес, как деки старого растрескавшегося рояля, с хрипотцой глухо резонируя, усиливал голоса гончих собак. Номера растянулись по давно нечищеной просеке, идущей от края леса, замерев, затихли на своих местах, прислушиваются, пытаясь угадать ход гонного зверя. Я стою на линии стрелков среди густого кустарника с еще не опавшим осенним листом.В пяти метрах за спиной у меня просека, левое плечо упирается в сосну. Я тоже замер и весь во внимании, только глаза, как маятник ходиков, рыскают из стороны в сторону, ощупывая видимое перед собой пространство. Впереди слева, на самом краю леса прозвучал дуплет. Послышался приближающийся лай. Ну-у... Я себя не ощущаю, меня здесь нет, есть только лес и голос собаки, время останавливается...

Лисовин шел осторожно и бесшумно, выдавать сейчас себя нельзя ни видом, ни звуком. Он тоже слушает собаку, часто замирая на месте, крутит головой, определяет, где преследователь, намечает путь, на котором можно будет обмануть его, "сколоть" со следа. Вот он остановился чуть левее меня, как раз против зарослей орешника. "Камуфляж" лисовина идеально маскирует его на фоне осенних красок, выдают только белые и черные мазки шерсти на морде, которая в постоянном движении. Лис оценивает обстановку...

Мой выстрел навскидку подкинул его вверх, как кузнечика. Не понимая, что произошло, лисовин на рысях рванул вдоль линии стрелков. Вторым выстрелом я, кажется, защепил его, но зверь исчез среди высокой травы.

Сосед справа, мой приятель, с некоторой иронией в голосе (кто уважает мазил?) обращается ко мне: "Ну что, промазал. Я видел, как лисица пошла". Гон продолжается, собаки азартно "поют" свои песни, стоим на номерах, ждем. Голос гончей, идущей по следу моего лиса, приближается. Вот собака уже на том месте, где лис сидел, вот она передо мной, бежит, опустив нос к земле, потом, приподняв голову, подает голос и снова – нос в след. Чуть правее меня собака замолкает. Значит след оборвался. Вторая гончая вошла в оклад из-за моей спины, наткнулась на след лиса и заголосила, но в том же месте, где и первая, замолкает.

Загонщики выходят на линию номеров. Первый загон окончился. Решаем проверить место, где замолчали собаки. Иду в том направлении и шагов через двадцать, за кустами на чистом месте среди сосен, вижу лежащего на боку лисовина с широко pacкинутыми передними и задними лапами, похоже, "дошел" в прыжке...

Так начался для меня сезон охоты на пушного зверя, открывшийся третьего ноября. На эту охоту наша небольшая компания выехала в угодья возле Фастова. Нас принял председатель районного совета УООР Гернат Сергей Петрович и проводил до места сбора охотколлектива, на опушку "Червоного" леса. Коллективу, оказавшему нам любезность, и егерю Масляковскому Виктору Ивановичу была поставлена задача отстрелять как можно больше лисиц – грозы здешних угодий. Кому из охотников неизвестно, к чему приводит чрезмерное количество этого зверя в одном регионе? Кстати сказать, охота оказалась особенно интересной потому, что в ней участвовали четыре гончих собаки: три англо-русских и одна русская. Я давно не видел гончих в угодьях под Киевом, а здесь охотники увлечены именно этой охотой, так много дающей сердцу и душе настоящего ценителя. К сожалению, в наше время желающих держать гончих собак стало меньше, а вернее, практически нет. Виной тому много причин, но одна из них – введение ограничения охоты с гончими, принятое еще лет сорок назад, когда такая охота разрешалась только в одном обходе охотхозяйства. Ограничение это спорное, есть свои "за" и "против", не специалисту судить об этом трудно. Но послушали бы вы азартные голоса собак, идущих по следу красного зверя в "Червоном" лесу...

День открытия охоты начался легким морозцем, выбелившим кончики травинок на опушке леса, но чуть позже осеннее, уже не ласковое солнце все же грело "Червоный" лес своими скупыми лучами, украшая тем самым охотничий праздник. Случаю было угодно, чтобы во втором загоне первым трофеем стал заяц, да еще какой! В загоне, где судьба подарила мне лисовина, было поднято четыре лисицы. Двух взяли из-под одной собаки – молодой, второго поля русской гончей, – по третьей промахнулись, а четвертая сумела обвести собак и охотников вокруг пальца, ее видели только издалека. А сколько эмоций принес этот загон, без обмена впечатлениями не обошлось.

С "Червоным" лесом мы прощались перед заходом солнца. А жаль, не пришлось увидеть всю его красу – момент на закате, когда верхушки сосновых стволов отсвечивают красновато-оранжевыми оттенками. Именно из-за этого, скорее всего, он получил название "Червоный". А может название произошло от красного зверя – лисицы, чьим удобным домом он является и где, как мы убедились, этого зверя водится в достатке.

Сборный коллектив увозил в своих тороках четырех лисиц и трех зайцев. Задача, поставленная Гернатом перед охотой, была выполнена.

Уже по дороге домой, анализируя прошедший день, я с приятным чувством в душе вспоминал радушных хозяев угодий и их четвероногих помошников, благодаря которым удалось почувствовать в полной мере атмосферу охоты с гончими, оставившую неизгладимое впечатление. И хотелось бы пожелать, чтобы в "Червоном" лесу всегда в изобилии водился красный зверь, а в сезон охоты на него здесь всегда звучали голоса гончих собак, доставляя своими "песнями" удовольствие охотникам, понимающим толк в этой прекрасной мужской забаве.